В радиусе ста метров

Мы живем в эпоху, когда время течет по-другому. Мы за несколько часов пересекаем полмира и за считанные секунды получаем ответ на письмо, отправленное в другую часть света. И если когда-то кино снималось годами, то сегодня фильмы на основе реальных событий выходят на экраны, наступая на пятки прямым репортажам с места этих самых событий.

С 10 июня на канале НОТ3 пройдет показ короткометражных фильмов о том, что происходит с нами сейчас – о кризисе, вызванном пандемией коронавируса.

«Радиус 100 метров» — это особый проект ХОТ и «Кастина тикшорет». Во время карантина нескольким выдающимся израильским кинематографистам предложили снять трогательные и захватывающие истории о том, что творится с ними и вокруг них прямо сейчас. О реальности, которой никто не ожидал, и о будущем, которого никто не представляет. В период, когда телепроизводство в Израиле и во всем мире остановилось, эти мастера нашли уникальные творческие решения и почти исключительно собственными силами сняли эти фильмы, соблюдая все строгие ограничения. В проекте участвовали лучшие израильские актеры: Нинет Тайб, Шалом Михаэлишвили, Орна Банай, Томер Капон, Нив Султан, Дана Ивги, Рои Ник.

В фильме Маора Загури победительница последнего сезона шоу «Большой брат» Тиква Гидеон возвращается в реальный мир, чтобы пожинать плоды своего триумфа. Но её надеждам на рекламные контракты, телепередачи и всеобщую популярность не суждено сбыться. Теперь главная звезда в Израиле – это коронавирус!

Лауреат премии «Офир» Бат-Эль Мусри сняла художественную короткометражку с Орной Банай о сложных отношениях трех женщин, оказавшихся в одном доме.

Пронзительная драма Асафа Кормана рассказывает о семье, которая снимает ролик в «Тик-Ток», чтобы послать его лежащей в больнице бабушке. Мать пытается организовать всех, помирить детей, а бабушке в это время становится все хуже…

Герой картины Ширли Мошиоф – следователь ШАБАКа, который работает из дома и должен прослушивать людей, подозреваемых в нарушении карантина. Его «офис» теперь на кухне, а присутствие младенца и нервной жены совсем не облегчают задачу.

Режиссер Гай Натив, в 2019 году получивший «Оскара» за короткометражный фильм «Кожа», вместе с женой, американской актрисой Джейми Ньюман создал интимную зарисовку об истории своей любви.

Среди авторов 13 короткометражек также еще один лауреат «Офир» Асаф Полонский, обладатель гран-при «Золотого медведя 2019» Надав Лапид, Дафна Левин, Сигаль Авин и другие. В некоторых фильмах можно увидеть также членов их семей.

Смотрите фильмы проекта «Радиус 100 метров» с 10 июня по средам в 20:15 на канале НОТ3, а также в видеотеке HOT VOD.

 

ХОТ: наслаждайтесь каждым мгновением!

Выходные с монстрами

Монстры бывают разные. Не только страшные и опасные, но также очень дружелюбные и симпатичные. Это наглядно доказывают фильмы, премьеры которых увидят зрители ХОТ в ближайшие выходные.

Гигантский доисторический ящер-мутант Годзилла «родился» в 1953 году в японской кинокомпании Toho и более чем за шестьдесят лет стал невероятно популярным персонажем, оттеснив на второй план Кинг-Конга, Гамеру и других киномонстров. Всего о Годзилле было снято 30 фильмов, не считая сериалов.

Премьера нового фантастического боевика режиссёра Майкла Догерти «Годзилла 2: король монстров» пройдет в пятницу, 5 июня, в 22:00 на канале HOT cinema 1 (номер 16 на пульте ХОТ). Фильм является продолжением ленты «Годзилла» 2014 года про огромное чудовище, питающееся радиацией.

История рассказывает о героических усилиях криптозоологического агентства «Монарх» по сдерживанию гигантских монстров. В этот раз против могучего Годзиллы выступают Родан и ультимативный кайдзю — трёхголовый монстр Кинг Гидора. Когда эти древние суперхищники, со временем превратившиеся в полузабытые мифы, восстают снова, чтобы сойтись в схватке, человечеству остаётся отойти в сторонку и постараться не погибнуть.

Этот фильм особенно рекомендуется поклонникам классической франшизы – Майкл Догерти сам принадлежит к их числу, поэтому здесь присутствуют традиционный мрачный тон, насущные политические и социальные темы и ошибки человечества, которые сама природа готова исправлять, используя своих древних обитателей. И готовьтесь к мурашкам по спине от душераздирающей звуковой дорожки, положенной на прекрасный визуальный каскад спецэффектов!

В главных ролях: Кайл Чандлер, Вера Фармига, Милли Бобби Браун, Кэн Ватанабэ и Салли Хокинс.

В отличие от порождения ХХ века Годзиллы, тролли издавна были персонажами фольклора разных народов. Их происхождение и образ могут сильно отличаться – от 8-метровых каменных чудищ, пожирающих людей, до маленьких, похожих на гномов существ.

Днем в субботу ХОТ приглашает вас всей семьей посмотреть полнометражный норвежско-канадский мультфильм «Тролль: история с хвостом».

Далеко-далеко, в дремучем лесу есть маленькое королевство троллей. Однажды в нем случилась беда: во время забега сильнейших король Гром попал в капкан и превратился в камень. На трон взошёл его злой брат Грим. Черная туча нависла над королевством… Юный принц Трим, сын короля Грома, может спасти своего отца и всё королевство, но для этого он должен отправиться в опасное путешествие в мир людей. И сделать это надо всего за 2 дня!

Этот очень яркий, динамичный, веселый и музыкальный мультфильм ненавязчиво учит взрослых и детей терпению и тому, что дети тоже могут принимать ответственные решения. «Не спешите взрослеть», — говорят детям его создатели. А хвост? Хвост – это мораль, что не нужно смотреть только вперёд.

Смотрите приключенческое фэнтези «Тролль: история с хвостом» в субботу, 6 июня, в 12:00 на канале HOT cinema kids (номер 88 на пульте ХОТ).

 

ХОТ: наслаждайтесь каждым мгновением!

Как в Израиле лечат коронавирус. Интервью с переднего края

Чем лечат коронавирус? Кто умирает от него? Готов ли был Израиль к эпидемии и как на нее отреагировала наша система здравоохранения?

Обо всем этом мы поговорим с Маргаритой Машави, заведующей отделением лечения коронавируса в больнице «Вольфсон» в Холоне.

 

Доктор Машави – специалист по внутренним болезням и сахарному диабету, заведующая терапевтическим отделением («Пнимит далет»). Во время эпидемии ее отделение было расширено и перепрофилировано для госпитализации больных с коронавирусом. С началом эпидемии в этой больнице были переоборудованы 2 отделения. Так как сейчас эпидемия идет на спад, «Пнимит далет» вернулась к своей работе, а больных коронавирусом перевели в небольшое второе отделение, и доктор Машави заведует обоими.

 

— Всех интересует вопрос: чем лечить коронавирус? Есть ли эффективное лекарство от него? Публикаций на эту тему огромное множество, а как обстоят дела у нас?

— К сожалению, эффективного лекарства на сегодня у нас нет. Разработки лекарств и вакцины, как вы знаете, идут по всему миру и у нас в Израиле, но пока мы находимся в стадии исследований и поисков. Нашим больным мы давали лекарства, которые ранее показали свою эффективность в лечении других тяжелых вирусных инфекций, таких как SARS, лихорадка Эбола, противомалярийные препараты и ряд других. В частности, «Ремдесивир», препарат, который изначально разрабатывался для борьбы с лихорадкой Эбола и позднее оказался эффективным в борьбе с возбудителями коронавирусов SARS и MERS.

Использовали и препарат «Плаквенил», его активное действующее вещество гидроксихлороквин. «Плаквенил» обладает противомалярийный эффектом и также оказывает противовоспалительное и иммунодепрессивное действие при хронической дискоидной или системной красной волчанке (СКВ), остром и хроническом ревматоидном артрите (РА). Механизм его действия при малярии, СКВ и РА до конца не известен. Мы давали его с самого начала, согласно протоколу Минздрава, т.к. в мире были работы, показывающие, что он оказывает положительное влияние на течение коронавируса. Но я не могу сказать, что нам удалось увидеть его реальное положительное влияние. Применяли мы и антибиотик «Азенил», который в принципе помогает в борьбе против определенных видов бактерий, но по факту есть свидетельства его противовирусного эффекта. Этот препарат мы давали только некоторым из заболевших. Однако быстро выяснилось, что сочетание «Плаквенила» с «Азенилом» вызывает нарушения ритма сердца и опасно для пациентов, поэтому мы быстро отказались от такого лечения, особенно учитывая, что большая часть наших больных – пожилые люди, которые изначально имели кардиологические проблемы. Принимая решение об использовании различных препаратов, мы придерживались индивидуального подхода к каждому больному, учитывали его сопутствующие болезни. Со временем некоторых пациентов мы начали лечить плазмой переболевших коронавирусной инфекцией больных – сывороткой. Конечно, применялись и лекарства, направленные на всевозможные симптомы заболевания.

Мы старались использовать препараты, которые на наш взгляд могли помочь, потому что, повторюсь, нет специфического лекарства. Исходили из анализа воздействия препаратов при других вирусных заболеваниях, из физиологии болезни и известного нам механизма действия лекарства. На каждый такой препарат необходимо было получить разрешение инфекциониста больницы.

 

— Получается, вам приходилось буквально учиться на ходу?

— Да, так и было и так есть! Это реально новое заболевание, клиническая картина которого во многом нам незнакома и отличается от привычных болезней. Мы даже пока не до конца понимаем патогенез заболевания. Сейчас его активно исследуют по всему миру. К примеру, мы говорим: «вирусная пневмония», отличая ее от обычной пневмонии, которая часто является осложнением, например, после перенесенного гриппа. Но по большому счету это нечто иное, лишь похожее на пневмонию. По новым научным данным, это намного более сложный процесс, который вовлекает в себя множество кровеносных сосудов, питающих легочную ткань, вызывая их закупорку и, тем самым, гибель клеток, гибель легочной ткани. Это вовсе не обычная клиническая картина пневмонии.

Однозначно, что в начале, когда анализы на коронавирус делались только в определенных больницах, получение результатов занимало много времени, и информация о болезни была скудная, нам приходилось очень нелегко. Важно было понять, что с больным и какое именно ему назначить лечение, как можно быстрее. А результатов анализов сначала ждали сутки, потом 16 часов, потом еще меньше. Сейчас, благодаря усилиям Минздрава по внедрению новых методов тестирования и открытию дополнительных лабораторий, уже через 2 часа мы знаем, болен ли человек коронавирусом, и можем максимально быстро назначать лечение.

 

— Что именно больше всего угрожает больному коронавирусом? От чего люди умирают?

— Течение тяжелых форм болезни можно условно разделить на два периода – вначале это температура, кашель – все почти как при ОРВИ. А затем иммунная система организма начинает чрезмерно реагировать и выбрасывает в кровь большое количество белков цитокинов, которые обычно защищают человека. Но в данном случае мы наблюдаем так называемый цитокиновый шторм. Это потенциально летальная реакция организма, суть которой состоит в неконтролируемой и не несущей защитной функции активации цитокинами иммунных клеток и высвобождении последними новой порции цитокинов. Порочный круг вызывает разрушение тканей, одновременно реакция распространяется и постепенно охватывает весь организм. Это может привести в том числе и к смерти пациента. Это самый опасный период болезни. Начинается одышка, развивается кислородная недостаточность. В это время многих больных приходилось подключать к аппаратам искусственной вентиляции легких (ИВЛ). Причем клиническая картина была зачастую намного более тяжелой, чем мы ожидали, и чем бывает обычно в подобных ситуациях при других тяжелых инфекциях. Важно вовремя провести интубацию и начать подавать кислород. Задержка в диагнозе этого периода критична. В этих случаях мы также использовали лекарство «Актемра» — иммунодепрессант, направленный именно на борьбу с избыточной иммунной реакцией организма.

 

— Правда ли, что 50, а то и 80% больных, подключенных к ИВЛ, умирают? Связано ли это также с травмой от самого аппарата?

— Я думаю, что с травмой от аппарата, по всей вероятности, нет. Это связано с самим течением болезни, с тем, что зачастую ей страдали пожилые и тяжело больные люди со многими побочными недугами. Большинство интубированных больных в нашем отделении были в возрасте от 80 до 93 лет. Для них коронавирус стал триггером ухудшения общего состояния, и среди них, соответственно, была высокая смертность, но также и некоторым молодым больным на определенное время потребовалась искусственная вентиляция легких. В отношении доли смертности среди пожилых пациентов, которые были на ИВЛ – 65-70%, к сожалению, не выжили.

 

— Кроме легких, еще какие-то органы страдают ли настолько, что могут перевести больных в категорию тяжелых?

— Конечно. Тяжелая форма болезни поражает почки, печень. Есть влияние и на сердце – коронавирус может вызвать воспаление мышечной ткани сердца, нарушение сердечного ритма, а также острый инфаркт. Трудно сказать прямое ли это влияние вируса или последствие цитокинового шторма, вызванного им. Пока точных данных нет. К счастью, большинство наших больных, даже тяжелых, вышли благополучно из тяжелого состояния. У одного нашего молодого больного 56 лет развился острый инфаркт, он был в тяжелом состоянии, но его удалось спасти. Когда вирус вылечили, его перевели в кардиологию, где он прошел катетеризацию коронарных сосудов и был выписан домой. Второй пациент, перенесший инфаркт, тоже недавно выписался домой в хорошем состоянии, несмотря на то что он хронический больной на диализе.

 

— Доктор, вы сейчас заведуете двумя отделениями – терапией и инфекционным, назовем его так. Нет ли опасности переноса заболевания из одного отделения в другое?

— Нет. Наш персонал полностью разделен, работающие с коронавирусом не пересекаются с теми, кто вернулся к работе в терапии. Это касается как врачей, так и медсестер. Более того, и между сменами мы избегаем контакта до тех пор, пока смена, завершающая работу, не пройдет полную санобработку, чтобы исключить малейший риск распространения инфекции. Я, руководя отделением коронавируса, максимально использую технические средства, и лично находиться внутри отделения с зараженными больными мне в последние дни приходится не более раза в неделю. Сейчас там работает опытный врач моего отделения, и нет необходимости в моем постоянном присутствии. За это время случаев заражения персонала, можно сказать,у не было. У одного медбрата был обнаружен вирус, но, судя по всему, он заразился не на рабочем месте, и никто из его контактных в коллективе не заболел.

 

— Последний вопрос: как вы оцениваете уровень подготовки нашей системы здравоохранения к эпидемии? Как действовали Минздрав и ваша больница в разгар кризиса?

— Несмотря на раздающуюся со всех сторон критику, я могу сказать, что в этот период сделано было очень много, быстро и хорошо. Хотя входили мы в эпидемию с явным недостатком медперсонала во всех терапевтических отделениях израильских больниц, организация борьбы с ней оказалась на высоте. Не говоря уж про меры по предотвращению распространения и разъяснительную работу Минздрава. Скажу о том, что касается в первую очередь нас, лечебников: мы получали все необходимое. Не случалось такого, чтобы нам не хватало чего бы то ни было, буквально после первых же дней начала эпидемии и открытия отделений. Мою «терапию» буквально за 10 дней перестроили в отделение с самой высокой степенью защиты. Были установлены наиболее современные аппараты для дистанционных проверок больных, видеокамеры, телевизоры, мониторы, построили специальный лифт для инфицированных, каждая комната была изолирована от остальных полностью. Установили, в том числе, отдельные, не связанные друг с другом, кондиционеры. Так что эпидемию мы встретили во всеоружии.

 

 

Беседовал Алексей С. Железнов

Врача вызывали?

Помните, как сразу после репатриации мы очень удивлялись и огорчались тому, что участковых врачей тут нельзя вызвать на дом? И в любом состоянии – с высокой температурой или больной спиной, пациенту любого возраста приходится идти на прием к семейному врачу. Порой с большим трудом и часто лишь через день, а то и больше, — когда найдется свободная очередь. Да, увы, в Израиле так принято. И «Скорую помощь», чтобы измерить давление или сделать укол от боли или температуры, здесь не вызвать – слишком дорого обойдется.

Однако, в Израиле есть и то, чего нам так не хватает. И возможно, даже в более эффективной форме: есть доктора, которые приезжают на дом, проводят нужные проверки – вплоть до экспресс-анализов и кардиограммы, выписывают лекарства и, если нужно, делают уколы и дают таблетки. Сегодня мы поговорим с таким врачом, Борисом Хайкиным, который работает в компании «Яд ле-ахлама» и уже 13 лет посещает пациентов на дому со своим чемоданчиком и стетоскопом (а также мобильной лабораторией, кардиографом, аптечкой и т. д.).

 

— Скажите, доктор, насколько в Израиле распространена практика вызова врача на дом?

— В Израиле это не слишком принято, обычно врачи тут на дом не ходят. Нас вызывают зачастую, когда у человека проблемы с посещением врача – например, трудно ходить из-за сильных болей в спине. Много среди наших пациентов пожилых людей, в частности живущих в хостелях. Мы делаем им на дому кардиограмму, измеряем давление, оказываем первую помощь – это для них куда проще, чем ходить на прием к семейным врачам или ездить в приемные покои больниц. Да и опасность подхватить там еще какой-нибудь вирус всегда есть. Вызывают нас нередко и к маленьким детям.

Больше вызовов, как вы сами понимаете, в пятницу, субботу, в праздники и по вечерам. Примерно 60-70% клиентов нашей компании – это наши с вами дважды соотечественники, которые привыкли вызывать врачей, но все больше входят во вкус и коренные израильтяне.

 

— Получается, вы работаете как участковый врач там, на «доисторической родине»?

— Да, наша работа похожа, только в отличие от тех врачей мы не только выписываем рецепты, но и даем при необходимости таблетку или делаем укол для срочной помощи, делаем кардиограмму, анализ крови на сахар, экспресс-тест мочи на наличие воспалительных процессов в организме, ну и еще многое. Если мы видим, что состояние пациента тяжелое, то вызываем «Скорую помощь».

 

— А были случаи, что вы приезжали на обычный вызов и обнаруживали пациента в критическом состоянии, о котором он и не подозревал, и ваше вмешательство буквально спасало жизнь?

— Да, и такое бывало. Например, вызвали нас к мужчине с болями в сердце, но шел интересный матч по футболу, и он не хотел никуда ехать. Полагал, что мы дадим ему таблетку, и все пройдет. Я провел необходимые проверки и понял, что у него инфаркт. Немедленно вызвал «Скорую», сказал, что нельзя ждать ни минуты лишней, и речь идет не о футболе, а о спасении жизни. И его успели спасти. Случается, что нас вызывают из-за одышки, подозревая проблему в легких, а оказывается, что у человека опасная аритмия и надо срочно оказывать помощь особыми препаратами для сердца. Инфаркт тоже может вызывать одышку без болей в сердце. И такие случаи были, когда я срочно направлял человека на госпитализацию. Это все требует дифференцированной диагностики: сердце это или жидкость в легких, или что-то менее опасное. Мы делаем экспресс-анализ на содержание кислорода в крови и решаем, насколько срочно нужна помощь и какая. Таких случаев за годы практики у меня было очень много.

 

— А как быстро вы приезжаете на вызов?

— Наше стандартное время – 2 часа. Часто мы приезжаем быстрее – через 30-40 минут. Если вызовов очень много, и мы вдруг не успеваем уложиться в это время, то даем консультации по телефону в то время, пока добираемся до больного, а если симптомы опасные, также вызываем «Скорую помощь» или

даем направление в приемный покой больницы. По договору со всеми больничными кассами у нас есть право дать такое направление, и с ним пациенту не грозит ситуация, которая бывает при самостоятельном прибытии в больницу, когда уже на месте решают, оправдан ли приезд и не придется ли пациенту платить из своего кармана кругленькую сумму. Наше направление такое же, как от врача больничной кассы. Я связываюсь с офисом, и там оформляют направление.

 

— У вас есть постоянные пациенты, как у участкового врача там, в странах исхода?

— Да, конечно, и много. Случаются единоразовые вызовы, но очень часто это постоянные пациенты, которые имеют наш абонемент и вызывают нас регулярно – как правило, конечно, люди с хроническими заболеваниями. Многие мои пациенты – члены одной семьи, вызывают врача по разным причинам к разным поколениям. А если все они «дружно» заражаются каким-то вирусом, то тут уж понятно, что ко всем сразу.

 

—  А как вы работаете во время эпидемии?

— Работаем как саперы – идем и не знаем, не ждет ли нас коронавирус. Разумеется, мы полностью экипированы – маски, перчатки. Все, как положено, меняется между пациентами. Все дезинфицируем, чтобы ни наши больные, ни мы сами не заразились. Однако мне тоже пришлось посидеть на карантине: у нашей пациентки выявили коронавирус, и я, как контактный, сдавал анализы и сидел дома, пока не прошли 14 дней с момента контакта с ней. В начале эпидемии было много вызовов – люди боялись, что они больны коронавирусом. А в марте-апреле началась другая тенденция, которая тоже очень опасна: люди стали реже вызывать врача, видимо опасаясь лишних контактов, и таким образом запускать свои болезни, которые в итоге могут оказаться для них куда более опасными в долгосрочной перспективе.

 

— Как вы полагаете, нужна ли у нас в Израиле система вызова врача на дом? Более широкая, чем сейчас.

— Я полагаю, что без этого нельзя. Наша работа снижает, в частности, нагрузку на приемные покои больниц, где, как вы знаете, часто очень высокая загруженность, от которой страдают и пациенты, находящиеся там по многу часов, и врачи. Мы – как фильтр, который помогает определить, надо ли ехать в больницу или нет. Кроме того, часто человеку бывает трудно идти к семейному врачу или долго ждать очереди, да и не всегда это необходимо. В конце концов, вызвать врача на дом – всегда и всем проще и удобнее. Абонементы на медпомощь на дому сейчас доступны всем и не обременяют бюджет. Если нужны серьезные обследования, анализы – тогда, конечно, человек без спешки отправится на прием к врачу и получит все углубленные проверки в больничной кассе. Мы не подменяем больничные кассы, но дополняем их.

— Вы и все ваши коллеги имеют израильские лицензии на работу врачом?

— Разумеется, мы все проходили тут экзамены и имеем лицензии («ришайон») на работу по специальности.

 

Беседовал Алексей С. Железнов

 

Чтобы больше узнать о вызове врача на дом и других услугах компании «Яд ле-ахлама», перейдите на сайт по ссылке – https://bit.ly/2syRss7

Или позвоните по бесплатным телефонам *2885, 1800-77-88-85

 

Яир Лапид о бюджетных сокращениях и синекурах. Выступление на заседании фракции 1 июня 2020 г.

Вчера правительство проголосовало за сокращение бюджета социального обеспечения на 3,6 млн шек. Цель этой «экономии» — создание синекурных должностей для нужных людей в учреждениях самого раздутого правительства в истории Израиля. 3,6 млн шек – это, к примеру, 300 тыс. горячих обедов в школах. «Теплые местечки» вместо еды для бедных детей?

На 4,3 млн шек. сокращен бюджет министерства здравоохранения, чтобы финансировать канцелярию «альтернативного» премьер-министра Бени Ганца.

Хочу напомнить, что Бени Ганц – министр обороны. У него уже сейчас есть самая большая и самая роскошная канцелярия с наибольшим количеством рабочей силы из всех правительственных учреждений. Но они сократили сумму, предназначенную для терапевтических отделений больниц, чтобы создать вторую канцелярию. Пусть их будет две. Почему бы и нет, ведь это не их деньги. Главное было сказать, что это «коронное правительство».

Вдобавок сократили 3,2 млн шек. из бюджета на трудоустройство. Ради министерства по делам несуществующих общин для Орли Леви и министерства водных ресурсов для Зеэва Элькина. И это именно сейчас, когда в стране более миллиона безработных!

А ведь для экономики самое важное – занятость населения. Эти деньги могли быть направлены на помощь в поиске работы и переквалификацию уволенных.

Сократили 357 ставок в существующих министерствах: социального обеспечения, здравоохранения, образования. И передали их своим приближенным и функционерам. Такой отрыв от реальности проста немыслим!

Никогда в Израиле не было правительства, настолько пренебрегающего своими гражданами. Теми самыми людьми, которые работают, служат в армии, платят налоги. И когда? В самые трудные для них времена!

Люди сидят дома, частные предприниматели разоряются, а оторванное от нужд народа правительство продолжает придумывать должности для приближенных, забирает для этого сотни миллионов из общественных средств и проявляет явное безразличие к тем, кто оказался в беде.

Господа, вы оторвались от реальности и надоели всем!

 

 

Дети и соцсети: вниманию родителей

Примерно треть детей младше 10 лет активно использует соцсети — и далеко не все ставят родителей в известность об этом. О чем стоит поговорить с ребенком и от чего предостеречь, рассказывает психолог Анна Скавитина, член Международной ассоциации аналитической психологии, супервизор РОАП и Института Юнга, эксперт журнала Psychologies и образовательного телеканала «О!» (номер 135 на пульте ХОТ).

«После того, как узнаешь, что 5-летняя дочь приятеля самостоятельно переустановила Windows в компьютере, а 7-летний сын другого пробросил VPN через Филиппины для того, чтобы «нормально поиграть без багов», вопрос о том, со скольки лет разрешить детям регистрироваться в социальных сетях, отпадает сам собой. Они регистрируются в основном сами, не ставя родителей в известность. Большинство соцсетей имеют формальные ограничения по возрасту 13 лет, рекомендованный возраст YouTube – 18 лет. Но реально проверить, сколько лет ребёнку при регистрации невозможно. С задачей добавить себе возраст до необходимого справляются даже 7-летние.

То, что ваш ребёнок разбирается в компьютерах даже лучше, чем вы, не означает, что в столь юном возрасте он хорошо ориентируется в последствиях своих действий в соцсетях. Хотя про безопасность дети понимают, как ни странно, довольно неплохо. Правда, не совсем про то, о чем беспокоятся взрослые: они учатся … прятать свои странички от родителей и разбираться, как фильтровать информацию на открытую и приватную, чтобы вести тайную от учителей и родителей жизнь. Но дети до подросткового возраста не в состоянии проанализировать правдивость происходящего, сопоставить реальную и фейковую информацию в социальных сетях.

Важно, чтобы у ребенка была возможность прийти к родителям за помощью.Те дети, которые не привыкли обращаться к родителям в сложных ситуациях — из-за страха перед наказанием или стыда за свои поступки, при преследовании и шантаже в социальных сетях оказываются под сильным давлением со стороны агрессивных пользователей. Часть детей сами, пользуясь своей анонимностью, позволяют себе не сдерживать свою агрессию и травить других ребят. Эта та часть коммуникации, которая была всегда, и которая нашла своё отражение и переживает бурный рост в социальных сетях в виде кибербуллинга, защитить детей от которого можно только отлучив полностью от интернета, что не очень-то просто и нужно.

Соцсети сегодня — легкая альтернатива общению. В любой момент у тебя есть компания, которая скрасит одиночество. Но соцсети — это всё-таки суррогат общения. Там мы не учимся адекватно эмоционально реагировать на живого человека, не считываем непосредственные эмоции собеседника, не имеем прямой обратной связи.

😊 Помогите ребенку получить реальную возможность общения оффлайн, и позаботьтесь о том, чтобы они нашли себе разные активности по интересам: кружок по математике, видеоблоггингу, танцы и спортивное ориентирование — всё, что угодно. Пока родители в состоянии как-то влиять на своих детей — важно успеть это сделать, тогда соцсети станут способом поддержания уже существующих реальных отношений, а не их суррогатом.

😊 Если вы пока контролируете активность своего ребенка в интернете, хороший вариант — научить его пользоваться соцсетью под вашим присмотром и знать пароль от его аккаунта, чтобы иногда просматривать то, что постит он или другие пользователи у него на стене. Хотя долго это не продлится: дети быстро отберут у вас возможность контроля, но за это время они успеют научиться навыкам конфиденциальности и принципу: «не публикуй даже на закрытых аккаунтах то, что может расстроить твою бабушку». Потому что всегда найдётся человек, который захочет использовать это против тебя.

! Если ваш ребёнок столкнулся с кибербуллингом, никогда не оставляйте его с этим наедине, научите блокировать пользователей, вносить в чёрный список, нажимать кнопку «пожаловаться». В сложных случаях отправляйтесь в ближайшее отделение полиции. Для ребёнка важно знать, что он находится под защитой родителей, и понимать, что насилие и оскорбление нормой не являются.

Не взламывайте сами соцсети детей, чтобы удерживать контроль, не подбирайте пароли — это действует один раз, и вы теряете доверие, а дети уходят «в подполье», блокируя вам доступ. После этого они найдут способ обойти запреты, но не смогут обратиться за помощью к вам в сложных ситуациях. Важно сохранять доверительные отношения с детьми, когда мы не вмешиваемся до тех пор, пока у них получается что-то делать самим, и помогаем, если задача вышла за их уровень понимания».

Детский телеканал «О!» (номер 135 на пульте ХОТ) — это остров открытий для дошкольников, учеников младших классов и их родителей. Все передачи канала готовятся в сотрудничестве с психологами и педагогами, поэтому все, что выходит в его эфир, не только развлекает, но и развивает ребенка. Особенность проекта состоит в сочетании традиционного подхода и современных исследований. Зрители ХОТ могут смотреть «О!» в рамках эксклюзивного пакета телеканалов «100%RU Платинум».

ХОТ: наслаждайтесь каждым мгновением!

Фотография: pixabay.com