Диабет 1-го типа – стоит знать

Заболеваемость сахарным диабетом в наши дни постоянно растет. Во всем мире насчитывается 529 миллионов человек с диабетом, и по прогнозам к 2050 году это число увеличится более чем вдвое. Системы здравоохранения и СМИ уделяют этой проблеме достаточно много внимания. Но как правило, речь идет о диабете 2-го типа, в большой степени связанном с образом жизни и предотвратимом. А ведь существует также диабет 1-го типа, называемый также ювенильным или юношеским, который меньше известен широкой публике. Мы поговорили о нем с доктором Даниэлем Цалихиным, специалистом по семейной медицине, главным диабетологом Южного округа больничной кассы «Клалит».

— Доктор, информация об угрожающем росте числа больных сахарным диабетом 2-го типа постоянно на слуху. А какова ситуация с диабетом 1-го типа в Израиле и в мире?

— Начнем с того, что сегодня изменилась классификация сахарного диабета 1-го и 2-го типа. И многие пациенты, которые были убеждены, что у них второй тип, узнали о наличии у них антител, вырабатывающихся в поджелудочной железе и означающих, что они относятся к первому типу диабетиков – инсулинозависимых. Поэтому сегодня говорят, что диабет 1-го типа составляет примерно 10% случаев заболевания. И это не только пациенты, заболевшие в детском возрасте. Все чаще и чаще мы видим, что диабет 1-го типа развивается у людей в 30, 40 и даже 50 лет. Заболеваемость растет менее интенсивно, нежели вторым типом, но тоже увеличивается. Это связано с тем, что у многих пациентов, которых ошибочно относили к диабету 2-го типа, современные методы диагностики позволяют определить 1-й тип заболевания.

— Давайте вкратце объясним читателям, что такое диабет 1-го типа и чем он отличается от второго?

— Отличие заключается в том, что при диабете первого типа происходит выработка антител к клеткам поджелудочной железы, которые синтезируют инсулин, как при аутоиммунном заболевании. В конечном счете это приводит к абсолютному прекращению выработки этого гормона поджелудочной железой, из-за чего пациент становится полностью зависимым от инсулина, который он получает извне – при помощи уколов или инсулиновых помп.

— Как диагностируется диабет 1-го типа, с помощью анализов?

— Да, для него есть специфические антитела, которые почти со 100% гарантией дают этот диагноз.

— Существуют ли какие-то факторы возникновения сахарного диабета 1-го типа? Можно ли предвидеть и предотвратить его развитие?

— Сегодня эти факторы можно не только установить. Развивается метод лечения диабета 1-го типа, благодаря которому можно предотвратить переход болезни в полноценную, активную фазу. На стадии, когда аутоиммунное поражение только начинается, можно принять биологическое лекарство, которое воздействует на антитела и помогает остановить процесс развития диабета. Оно применяется в Америке, но в Израиле его пока нет. Стоит отметить, что как и при любом другом аутоиммунном заболевании, генетика практически не влияет на развитие болезни, значительно большую роль играет сочетание разных факторов. Это вирусы, инфекции, заболевания, стрессы, совокупность которых приводит к такому состоянию.

— Какие перспективы у заболевшего диабетом 1-го типа? Есть ли возможность полностью вылечиться?

— Пациент с диабетом 1-го типа постоянно нуждается в инсулине и если он получает этот инсулин в нужных количествах, то может жить совершенно нормальной жизнью. Все что нужно сделать — подобрать дозировку инсулина таким образом, чтобы она соответствовало его индивидуальным показателям, потребностям и образу жизни, который он ведет. Например, человек с диабетом 1-го типа может пробежать марафон и даже участвовать в соревнованиях «Айронмен», он может учиться в университете и прожить много лет, при условии, что будет подобрано необходимое количество инсулина.

Для сравнения – при диабете 2-го типа на прогноз и лечение влияет значительно больше факторов. Это вызвано тем, что диабет 2-го типа связан не только с генетикой, но также с условиями окружающей среды, факторами риска, такими как ожирение, давление и т. д. У пациентов с диабетом 2-го типа страдают сосуды, поэтому они постоянно находятся в группе риска сердечно-сосудистых заболеваний и заболеваний почек, чего нельзя сказать о пациентах с диабетом первого типа. Если проблема последних заключается в нехватке инсулина, то у больного диабетом 2-го типа инсулин может быть в норме или даже превышать норму, но не всасываться в клетку из-за того, что ткани пациента в результате ожирения не воспринимают инсулин, резистентны к нему. При втором типе диабета может быть недостаточность инсулина, нормальный его уровень или повышенный – есть разные варианты, чаще всего связанные с лишним весом и другими факторами риска. И если человеку с диабетом 1-го типа достаточно заместительной терапии инсулином, то при втором типе нужно воздействовать на другие механизмы.

— И как же происходит лечение диабета 1-го типа, заместительная терапия?

При лечении диабета первого типа применяются метод «Базальный-болюс» или инсулиновая помпа.

Метод «Базальный-болюс» включает сочетание базального инсулина (длительного действия, который вводится один раз в сутки) с инсулином короткого действия. Последний пациент использует непосредственно перед приемом пищи.

Конечно, появляются новые виды инсулина, которые помогают человеку более продолжительное время сохранять нормальный уровень сахара в крови, сокращают явление гипогликемии и влияют, в том числе, на уровень сахара после еды. Их называют инсулинами ультракороткого действия.

Помпы, в которых используется только инсулин короткого действия, работают при помощи сенсоров, определяющих уровень сахара, фиксирующих, какое физическое упражнение человек сделал и когда он поел. В зависимости от этих показателей помпа сама меняет ритм введения инсулина, который каждый час впрыскивается в кровеносную систему пациента.

При правильно подобранном лечении пациент с диабетом 1-го типа живет нормальной жизнью, но он должен четко знать, как управлять своей помпой. В неё нужно заносить данные о состоянии своего организма, количестве употребляемых углеводов. Сейчас существуют помпы, которые подключаются к телефону, приложения могут посылать пациенту предупреждения, когда уровень сахара понижается, и давать ему рекомендации.

Дети и подростки сегодня чаще пользуются помпами, а более взрослые люди, это 30-40%, используют метод «Базальный болюс».

— У этого заболевания есть еще один аспект: родители, которые узнают о диагнозе своего ребенка, часто переживают гораздо сильнее самого юного пациента – в силу большей информированности и тревоги за его будущее. Оказывается ли им какая-то помощь?

— С родителями обязательно ведется работа. Пациенты с диабетом 1-го типа наблюдаются у детских эндокринологов. Помощь им оказывается в эндокринологических отделениях детских больниц, а не амбулаторно. И там есть социальные работники и психологи, которые объясняют родителям, как способствовать лечению их ребенка, избегать осложнений и так далее.

— Как родителям не пропустить начало болезни? На что стоит обращать внимание? Когда бить тревогу и к какому врачу бежать?

— Одними из первых признаков являются частое мочеиспускание, постоянная сильная жажда и непонятные кожные инфекции – фурункулы и т.д. В случае обнаружения этих симптомов нужно обратиться к семейному врачу и сдать анализы, а если анализы обнаружат высокий уровень сахара, следует обратиться к детскому эндокринологу.

 

Беседовал Алексей С. Железнов

Жара, песок и трава: кому они не друзья?

Лето-2023 с самого начала «порадовало» израильтян экстремальной температурой и сухостью. А июль и вовсе стал самым жарким  на планете за всю историю наблюдений. Переносить такую погоду нелегко всем, но есть среди нас люди, которым приходится особенно тяжело. В первую очередь – это пожилые и страдающие сердечно-сосудистыми заболеваниями. Однако есть еще один недуг, не такой опасный, но доставляющий немало мучений и существенно осложняющий жизнь. Речь идет об атопическом дерматите, при котором кожа особенно чувствительна к перепадам температуры и влажности. Что нужно знать страдающим атопическим дерматитом, чтобы провести лето без обострений? Об этом мы поговорили с Юлией Вальдман-Гриншпун, специалистом-дерматологом и детским дерматологом, зав. дерматологическим отделением больницы «Сорока».

— Доктор, что за заболевание атопический дерматит и от чего оно возникает?

— Атопический дерматит – это хроническое кожное заболевание ауто-инфламаторного (воспалительного) происхождения. На сегодняшний день мы знаем, что в патогенезе этого заболевания есть несколько краеугольных камней, но конкретный фактор его возникновения неизвестен.

Из краеугольных камней можно выделить несколько. Во-первых, есть генетическая предрасположенность, изменения на уровне генетики, в результате которых у этих больных нарушено строение всей кожи. Это очень важный момент, потому что он объясняет нам принципы лечения атопического дерматита, которое мы проводим, – на локализованные участки и на всю кожу. Во-вторых, нарушение строения кожи имеет 2 основных последствия: идет потеря внутреннего водного баланса в организме и параллельно облегчается и учащается проникновение в него различных внешних факторов – начиная с аллергенных и заканчивая инфекционными: микробы, вирусы, грибки и т. д. И третий краеугольный камень – это изменения в иммунной системе. Мы считаем, что они являются результатом всех тех нарушений, о которых мы говорили, но когда начинаются сбои в работе иммунной системы, они в свою очередь вызывают еще большее ухудшение структуры кожи. Таким образом получается замкнутый круг.

— А кто обычно болеет? Дети или и взрослые тоже?

— Атопический дерматит чаще встречается в детском возрасте. На сегодняшний день в Израиле примерно от 20 до 25% детей страдают атопическим дерматитом в той или иной форме. В США говорят уже о 30–35% населения. Мы считаем, что примерно у 80% детей атопический дерматит с возрастом пройдет и лишь у 20% перейдет во взрослую форму. Если же сравнивать детскую и взрослую заболеваемость, то здесь нет определенного консенсуса. Взрослых следует разделять: есть люди, которые просто продолжают болеть с детского возраста, и есть те, кто как минимум не помнят, что страдали АД в детстве. В таких случаях мы говорим о позднем начале атопического дерматита, и по определению это считается неклассической формой.

— Каковы основные симптомы атопического дерматита?

— АД как по своему патогенезу, то есть способу развития, так и по клинической картине может быть очень разнообразным. Но ведущим симптомом и даже, можно сказать, обязательным критерием для постановки диагноза, является сильный зуд. Конечно, нужно помнить, что зуд — это очень индивидуальное понятие, так же, как и болевой порог у каждого человека, поэтому то, что для одного нашего пациента невыносимо, для другого будет считаться сносным, поэтому это тоже нужно воспринимать в определенных рамках. Но в любом случае зуд является обязательным спутником АД.

Что еще помогает в постановке диагноза? Это, конечно, сухость кожи – постоянная или периодическая и обычно диффузная, то есть, поражающая большую поверхность тела. Периоды очень характерных высыпаний, так называемых эрозивных поражений кожи. У пациентов в возрасте 1 год и старше мы говорим о преимущественной локализации в области сгибов конечностей, шеи, лица, ладоней и т. д.

Конечно, есть повышенная склонность к заражениям, как вирусным, так и инфекционным, и определенная стойкость к препаратам, которые мы используем.

— Получается, что диагноз атопический дерматит вы ставите исключительно по симптомам, нет никаких анализов, которые могут дать четкий ответ, что это он?

— Верно. Диагноз ставится клинически, обычно мы предпочитаем, чтобы пациента осмотрел дерматолог-специалист, чтобы не было овер-диагностики. И хотя диагноз абсолютно клинический, иногда врачи – или сами, или по просьбе родителей – назначают анализы, которые не только не помогают, но даже могут нас запутать. Например, раньше существовало мнение, что при АД должен быть повышен уровень иммуноглобулина Е. Однако это может произойти вследствие самых разных заболеваний, а нормальные показатели иммуноглобулина Е не исключают наличия атопического дерматита. То же самое с уровнем эозинофилов – он может быть повышен из-за атопического дерматита, но достаточно и того, что у ребенка просто глисты.

— Насколько опасен атопический дерматит, что будет, если его не лечить?

— Важно понимать, что некоторые дерматологические заболевания являются кожными проявлениями системных болезней. Но атопический дерматит – это преимущественно кожное заболевание. В последнее время в научной литературе появилось несколько публикаций о возможной связи АД с другими системными заболеваниями, в основе которых лежит воспаление 2-го типа, но в клинической картине мы этого не видим.

Что имеет очень большое значение – так это ухудшение качества жизни наших пациентов. А поскольку большая их часть – дети, то это отражается на качестве жизни не только самих пациентов, но и всех близких членов семьи – родителей, братьев, сестер… все от этого страдают. У многих из этих детей есть синдром дефицита внимания и гиперактивности СДВГ (ADHD), а в дальнейшем среди них высока доля подверженных патологическим зависимостям – от алкоголя, курения и т. п., значительно повышен уровень тревожных состояний, депрессий и т.д. Все это связано с нарушением внутреннего состояния.

— А как сейчас лечат атопический дерматит? Можно ли вылечить его полностью?

— Начну с конца: к сожалению, вылечить его мы не можем, но благодаря современным методам терапии умеем контролировать. При этом нужно помнить, что любое заболевание лечится в соответствии со степенью его тяжести. Атопический дерматит в легкой форме нуждается в одном лечении, а в более тяжелой – в другом. Одинакова при всех формах атопического дерматита лишь необходимость правильно заботиться о гигиене кожи. Следует не чаще одного раза в день принимать ванну, а лучше душ – как можно более короткий и с теплой водой, не горячей. Использовать для купания гипоаллергенные средства и как минимум 2 раза в день смазывать всю кожу увлажняющим кремом. Это самые основные принципы.

Если у пациента легкая форма, при которой можно ограничиться только местным лечением, то на первом этапе, в острой стадии, используются стероидные препараты, а в дальнейшем мы назначаем негормональные лекарства для проактивного лечения. У нас есть 2 группы нестероидных местных препаратов — ингибиторы кальциневрина и ингибиторы PDE4.

Если форма АД от относительной легкой до средней и достаточно распространена по коже, мы можем предложить фототерапию лучами UVB. Она проводится под наблюдением, обычно в медицинских центрах при больницах, 3 раза в неделю, на протяжении нескольких недель.

Если же случай более тяжелый, то необходимо системное лечение, в частности иммуносупрессорами. Чаще всего используются Метотрексат, Циклоспорин. А если этот вид лечения не помог или развились побочные эффекты, мы переходим к более современным методам – так называемому биологическому лечению. Уже давно применяются инъекции препарата Dupilumab (Дупиксент), который подавляет интерлейкины 4 и 13. В Израиле он разрешен для пациентов с 6 лет, а в мире его уже используют с 6 месяцев. Это очень эффективное биологическое лекарство с хорошим профилем безопасности и хорошими практическими результатами. А с прошлого года израильский минздрав разрешил использование новых препаратов в форме «малых молекул». У нас есть 3 препарата, относящихся к одной группе лекарств – ингибиторов JAK, два из них входят в государственную «корзину медикаментов» — с прошлого года Upadacitinib (Ринвок) (в Израиле разрешен с 12 лет) и с этого года – Abrocitinib (Сибинко), его можно назначать с 18 лет. Это таблетки, которые принимают каждый день. Эти лекарства тоже очень эффективны, действуют быстрее, чем Дупиксент, но требуют более тщательной подготовки: мы должны назначить анализ крови, проверить пациента на наличие скрытых инфекционных заболеваний, обязательно делать проверки во время лечения.

— А как атопический дерматит «ведет себя» летом? Ведь купание в морской воде и солнечные ванны бывают полезны при некоторых кожных заболеваниях?

— Это очень индивидуально, одни наши пациенты больше страдают летом, другие – зимой, но в принципе течение атопического дерматита ухудшается в периоды межсезонья. Одна из причин, почему АД обостряется летом, – повышенное потоотделение. Вы правильно заметили, что один из видов лечения атопического дерматита – это фототерапия, которая имитирует влияние солнечных лучей, но при этом, когда летом мы очень сильно потеем, то используем различные средства, способные раздражать кожу. Но опять-таки здесь нет закономерности.

— Так что же делать страдающим АД, чтобы избежать обострения?

— Надо, насколько это возможно, избегать так называемых провоцирующих факторов. Про потение мы уже говорили. Кроме того, следует использовать гипоаллергенные средства для купания и ухода за кожей, стараться, чтобы одежда была не очень облегающей и, по возможности, только из хлопка, чтобы она хорошо впитывала пот. Обращать внимание, что из окружающих факторов ухудшает ваше состояние: это могут быть песок, трава – как синтетическая, так и натуральная, которые являются наиболее распространенными провоцирующими факторами. Их следует избегать. Очень часто больные отмечают ухудшение, когда находятся возле животных, – потому что их шерсть — это инородный белок, который может стать раздражителем. Стрессы на 100% являются одними из факторов, ухудшающих течение АД. И конечно же, обострение могут вызвать инфекции, такие как золотистый стафилококк, и вирусные заболевания.

Беседовал Алексей С. Железнов

 

 

Израильские врачи предупреждают: рак кожи может развиться у каждого второго

Снова лето, снова июнь и снова минздрав, больничные кассы и врачи с удвоенной силой предупреждают об опасности пребывания на солнце и риске рака кожи. И не только из-за того что в первый месяц лета проводятся Всемирный день осведомленности о немеланомном раке кожи (NMSC) и Израильская неделя осведомленности о раке кожи. А, в первую очередь, потому что распространённость онкологических заболеваний кожи в Израиле по-прежнему высока.

По словам доктора Алекса Якобсона, онколога, заведующего отделением дневного стационара онкоцентра в больнице «Сорока» в Бер-Шеве, «каждому, кто живет в стране, где солнце активно круглый год, важно знать о раке кожи и способах его профилактики. Израиль входит в список 25 стран с самым высоким процентом заболеваемости раком кожи, но к счастью, эта тенденция снижается. Ещё несколько лет назад мы были на 5-6 месте в этом печальном рейтинге, а сейчас на 22. Частота смертности от рака кожи в Израиле – одна из самых низких в мире».

Доктор Эли Сапир, онколог, заведующий отделением радиотерапии больницы «Ассута» в Ашдоде и председатель Израильской ассоциации терапевтической радиологии (радиотерапии), добавляет, что «примерно у каждого второго человека здесь на том или ином этапе жизни (но чаще всего после 70 лет) проявится рак кожи». И объясняет, как это происходит: «Солнечные лучи наносят вред ДНК клеток кожи. Кожа человека постоянно обновляется благодаря делению клеток, но с каждым делением поврежденной клетки в ее ДНК появляется все больше ошибок. И в конце концов, когда их становится слишком много, клетки начинают делиться очень быстро, а организм не воспринимает их как угрозу. Это приводит к развитию одного из двух видов немеланомного рака кожи – базалиомы или плоскоклеточного – либо меланомы (самый агрессивный вид)».

Три наиболее часто встречающихся вида рака кожи – плоскоклеточная карцинома (SCC), базальноклеточная карцинома или базалиома (BCC) и меланома. Первые два вида являются самыми распространенными, а меланома – наиболее опасной. В 95% случаев немеланомный рак можно полностью вылечить, если обнаружить его на ранней стадии.

Д-р Якобсон отмечает: «Хорошая новость состоит в том, что сегодня мы отлично знаем, как лечить все виды рака кожи, и вероятность того, что эти болезни нанесут серьезный ущерб здоровью, довольно низкая.

Существуют хирургические и консервативные виды лечения. Если немеланомное новообразование поверхностное и небольшое – чаще всего это маленькие пятна, бляшки, небольшие язвочки на коже размером от нескольких миллиметров до сантиметра, — обычно применяют нехирургические методы лечения: криотерапию (лечение жидким азотом), электрокоагуляцию, лазер, фотодинамическую терапию, а в некоторых случаях – местное применение специальных кремов с содержанием химиотерапевтических препаратов или иммуномодуляторов. Как правило, это лечение назначают дерматологи.

Хирургическое лечение — иссечение опухолей — проводят пластические хирурги, оно считается самым эффективным методом.

При запущенной болезни, когда опухоль очень большая, либо она располагается на лице или на голове, в области глаз, носа, ушей (а это 70-80% случаев немеланомного рака кожи), хирургическое лечение бывает довольно затруднительным. Таких пациентов направляют в онкологический центр, где они получают местную радиотерапию. А в некоторых случаях системное лечение: биологическую или иммунотерапию, которые очень эффективны.

А что необходимо делать каждому, чтобы защитить себя от рака кожи или хотя бы обнаружить его на ранней стадии? Врачи дают абсолютно конкретные и очень простые рекомендации:

— Ограничить пребывание на солнце, особенно между 10 и 17 часами дня.

— Использовать солнцезащитный крем с SPF не менее 30, а лучше 50.

— Носить головные уборы с полями и солнцезащитные очки, пользоваться защитной губной помадой.

— Помнить о том, что вода, песок и снег отражают солнечные лучи, и длительное пребывание в таких местах может привести к солнечным ожогам.

— Систематически проводить рутинные осмотры у дерматолога.

— Желательно каждый месяц самостоятельно осматривать себя на предмет появления новых образований на коже или изменения уже имеющихся.

Если при самостоятельном осмотре вы обнаружите:

— пятно, бугорок, язвочку, рубец или рану, которая кровит и долго не заживает;

— существовавшее раньше кожное образование изменило цвет или форму, исчезло или обесцветилось;

— вокруг родинки возникло воспаление, она покрылась коркой;

— из родинки выделяется кровь или жидкость; появился зуд или местная боль

следует немедленно обратиться к специалисту!

Об этом важно не забывать каждому, в любое время года и в любом возрасте! Но особенно внимательными следует быть пожилым людям. Если сравнить 20-летних и людей старше 60, то риск развития немеланомных видов рака возрастает до 200 раз. Поэтому им обязательно следует проводить самостоятельные осмотры – возможно, с помощью других членов семьи – и при любом подозрении сразу обращаться к врачу.

Не стоит забывать, что болезнь, выявленная на ранней стадии, значительно легче поддается лечению, чем в запущенных формах!

Подготовила Лариса Бойко

 

Что опаснее — сахар или жир?

Страдаете сахарным диабетом? Постоянно следите за уровнем глюкозы в крови? А знаете ли вы, что вам необходимо также контролировать уровень холестерина?!

Сегодня диабетом страдает почти каждый одиннадцатый житель Земли. По данным ВОЗ и Международной федерации диабета (IDF) от этой болезни и ее осложнений каждый год погибают и становятся инвалидами миллионы людей.

Причинами смерти страдающих сахарным диабетом 2-го типа в большинстве стран являются сердечно-сосудистые и онкологические заболевания, реже встречаются инфекции, заболевания почек, диабетическая кома. Почему это происходит, нам рассказала доктор Людмила Ципорин, врач-терапевт, специалист по нарушениям липидного обмена, заместитель зав. терапевтическим отделением и заведующая клиникой по лечению нарушений липидного обмена в больнице «а-Эмек» в Афуле.

— Статистика показывает, что большинство страдающих сахарным диабетом умирает от сердечно-сосудистых заболеваний. Доктор, как же так получается, что болеют одним, а умирают от другого?

— Это очень интересный и важный вопрос. Все дело в том, что сахарный диабет (СД) является одним из наиболее часто диагностируемых эндокринных заболеваний во всем мире. В настоящее время сахарным диабетом 2-го типа страдает 350 млн человек, и по расчетам ученых, его распространенность возрастет к 2035 году до 592 млн чел. Хорошо известно, что дислипидемия и хроническая гипергликемия повышают риск развития сахарного диабета, а впоследствии и его осложнений.

— То есть, сердечно-сосудистые заболевания по сути являются для таких больных осложнением? А первопричина – сахарный диабет?

— Конечно. И не только сердечно-сосудистые. У сахарного диабета есть макро- и микроваскулярные осложнения. Макроваскулярные – это инсульты, сердечно-сосудистые заболевания, почечная недостаточность. Микроваскулярные — это изменения в глазах, которые ведут к снижению или потере зрения. Также возможны такие осложнения, как нейропатии, от них не умирают, хотя и страдают. Самая основная цель медицины: снижение смертности – кардиоваскулярной и от инсультов. Из всего этого следует, что больные сахарным диабетом находятся в группе повышенного риска и показатели холестерина у них должны быть намного ниже, чем у здоровых пациентов.

— На что еще, кроме сердечно-сосудистых заболеваний, влияет высокий уровень холестерина? Чем он угрожает больным сахарным диабетом?

— Весь комплекс: инфаркты, инсульты, стенокардия, закупорка сосудов, почечная недостаточность. Высокий уровень холестерина влияет на все, где есть сосуды, – голову, почки, ноги, сердце, ткани…

Сосудистую систему можно сравнить с водопроводными трубами, по которым течет вода. Если не проводить очистительную профилактику – в частности, очищать воду, регулировать содержание в ней микроэлементов; проводить проверки состояния труб – происходят закупорки, вода не течет. И что мы делаем? Либо прочищаем трубы, либо меняем их. Так и с сердцем – важно следить за сосудистой системой, делать профилактику. Сосудистая стенка должна быть чистой, гладкой и прочной; поток крови свободным, с нормальным давлением.

— О какой профилактике идет речь? Прием лекарств?

— Основная профилактика – это правильное питание, достаточное употребление воды (лучше утром выпивать 2-3 стакана); регулярные физические упражнения, например, ходьба, плавание; положительные эмоции в жизни; 6-8 часовой сон. А если это не помогает стабилизировать холестерин, мы назначаем лекарственные препараты — статины. Было замечено, что у некоторых пациентов, принимающих статины (видимо, тех, у кого была предрасположенность к сахарному диабету по разным причинам), развился сахарный диабет.

Это с одной стороны. Но, с другой, статины не вызывают ухудшения сахарного диабета у человека, который им уже страдает. Связь гиперхолестеринемии и сахарного диабета идет в основном через триглицериды, и когда мы снижаем уровень холестерина и триглицеридов, мы уменьшаем побочные явления, которые может вызвать сахарный диабет. Следует отметить, что холестерин подразделяется на подгруппы: «хороший» — липопротеины высокой плотности (HDL), «плохой» — липопротеины низкой и очень низкой плотности (LDL и VLDL), триглицериды.

Мы рекомендуем статины, потому что в сосудах образуются холестериновые бляшки, отложения «плохого» холестерина, которые перекрывают просвет, ухудшают доступ крови и таким образом способствуют развитию инфаркта. Поэтому наша задача – очистить сосуды, снизить уровень бляшек и холестерина. А у больных сахарным диабетом сосуды очень чувствительные из-за обмена глюкозы. Стенки сосудов у них менее гладкие, более тонкие, на них холестериновые бляшки налипают с большой интенсивностью. На холестериновых бляшках абсорбируется фибрин, просвет сосуда закрывается, и кровь перестает поступать к тканям, клеткам. Уменьшается выработка инсулина, повышается уровень глюкозы, снижается содержание таких микроэлементов, как магний, железо, хром, кальций (а статины могут улучшить их уровень в организме). И когда пациенты с сахарным диабетом начинают прием статинов и микроэлементов, таких как магний, у них снижается уровень «плохого» холестерина, который непосредственно участвует в образовании бляшек и тромбов, очищаются сосуды и укрепляются их стенки, тем самым уменьшается риск сосудистых проблем. Парадоксально, что таким образом можно даже улучшить комплексное лечение сахарного диабета, стабилизировать состояние.

Выраженный положительный эффект статинов отмечается у больных диабетом любого типа – 1 и 2, независимо от того, какой у них липидный профиль и история сердечно-сосудистых заболеваний. И даже несмотря на то, что статины могут быть триггерами сахарного диабета, надо рассматривать ситуацию с практической точки зрения.

— Но статины – это же очень старое лекарство, нет ли каких-то новых средств, более современных?

— Есть – ингибиторы PCSK9, в эту группу входят 3 вида лекарств. У них другой принцип, они действуют на систему контроля уничтожения «плохого» холестерина – непосредственно на рецепторы липопротеинов низкой плотности. Лизосомальный аппарат печени начинает уничтожать «плохой» холестерин с большей интенсивностью и высвобождать рецепторы, которые  опять поступают в кровь и там снова захватывают «плохой» холестерин, таким образом снижая его уровень.

— А у этих препаратов уже нет побочных эффектов, которые, как мы знаем, существуют у статинов?

— Даже у самого безобидного препарата могут быть побочные явления. Но как правило, при применении этих лекарств пациенты практически перестают страдать от мышечных болей, могут быть такие проявления, как слабость, насморк, недомогание в течении 48 часов, которые могут возникнуть при первом уколе. Эффект от этой группы препаратов великолепный, они отлично снижают холестерин.

— Давайте поговорим о факторах риска. Понятно, что любой диабетик уже в группе риска, но что еще играет роль? Например, как долго человек болеет? Семейная история, хронические заболевания почек, еще что-то? Как все это ухудшает прогноз?

— Мы распределяем людей по группам риска кардиоваскулярных заболеваний. Существует шкала SCORE, по которой мы определяем риск. Низкий риск – это меньше 1%, средний – от 1 до 5% и высокий – 5-10%.

У здоровых людей мы смотрим показатели холестерина, нас всегда интересует LDL, non-LDL и APOB – три группы «плохого» холестерина.

В группе среднего риска, в которую входят пациенты, еще не имеющие ишемических заболеваний сердца, но страдающие сахарным диабетом – обычно это молодые пациенты с относительно «свежим» СД, меньше 10 лет, при условии, что у них нет таких осложнений, как инфаркты, инсульты, заболевания периферических сосудов ног… Есть и другие группы риска кардиоваскулярных заболеваний: пациенты мужского пола, курящие, гипертоники, страдающие нарушениями мозгового кровообращения, сердечно-почечной недостаточностью… но мы будем говорить только о сахарном диабете.

«Высокий SCORE» имеют люди, у которых есть такие проблемы, как высокий уровень холестерина, стаж сахарного диабета больше 10 лет без других факторов риска или сахарный диабет меньше 10 лет с дополнительными факторами риска (гипертония, гиперлипидемия и др.), а также сахарный диабет, осложненный хронической почечной недостаточностью.

И еще есть группа очень высокого риска, SCORE больше 10%, в неё входят диабетики, у которых поражены 3 или более целевых органа – почки, сосуды, мозговое кровообращение, гипертония. Страдающие сахарным диабетом с молодого возраста, более 20 лет, почечной недостаточностью 4-й степени. К этой группе также относятся люди с семейной гиперхолестеринемией плюс побочные осложнения.

После того как мы проанализировали все эти факторы и определили пациента в одну из групп, мы смотрим, каков для него максимальный уровень «плохого» холестерина в крови. Например, у пациента из группы низкого риска он должен быть ниже 100, из средней группы – от 100 до 70, из группы высокого риска – меньше 70, но сейчас вообще хотят сделать от 70 до 55. У больных, перенесших инфаркт, с сахарным диабетом и семейной историей холестерин LDL должен быть ниже 55.

— То есть, чем выше группа риска, тем больше нам нужно снижать уровень холестерина.

— Да. Есть еще один момент. Иногда к нам приходит пациент с LDL 70, но у него также сахарный диабет, инсульты, заболевания периферических сосудов и он не может ходить, ретинопатия — изменения сосудов сетчатки глаз, нефропатия… таким больным мы рекомендуем снизить уровень LDL в 2 раза от нынешнего значения. Даже если у него еще не было инфаркта, мы порекомендуем снизить холестерин до 35.

Конечно, это комплексное лечение. Когда у больного и повышенный холестерин, и сахарный диабет, все настолько взаимосвязано и тонко, что мы не только снижаем уровень холестерина, но и помогаем улучшить баланс СД, стабилизировать состояние.

Но одних лекарств недостаточно. Доказано большими исследованиями, что необходимо делать физические упражнения или ходить 150 минут в неделю. Можно разбить это время на 3 занятия в неделю. Обязательно посетить диетолога. Следить, чтобы содержание микроэлементов в крови было достаточным. И похудеть хотя бы на 5% от существующего веса. Когда человек худеет, у него улучшается профиль триглицеридов, это очень заметно. А когда человек занимается ходьбой, у него повышается уровень «хорошего» холестерина. То есть, по анализу крови сразу можно определить, выполняет пациент рекомендации доктора или нет.

Некоторые люди не хотят принимать лекарства, и мы советуем им сделать Cardiac CT calcium score – это новое исследование, коронарная томография, где мы смотрим, насколько сосуды поражены отложениями кальция, плаками. Если у человека еще не было инфаркта, но Cardiac CT calcium score показывает наличие в его сосудах бляшек, и они достигают 70%, мы рекомендуем ему снизить уровень «плохого» холестерина ниже 55.

— А что должно нас насторожить, надо ли сдавать какие-то особые анализы?

— Сейчас человек должен хотя бы раз в полгода сдавать анализы на тромбоциты, уровень холестерина, гемоглобина, глюкозы, витаминов. И наблюдать за результатами. Это полезно для контроля сахарного диабета и, естественно, заболеваний сердца и сосудов.

— А что делать, если уровень холестерина превышает установленную границу?

— Идти к врачам и выполнять их рекомендации.

— Здоровый образ жизни, похудение, физические упражнения, статины – все, что вы перечислили раньше. А есть смысл человеку, например, активнее заниматься спортом? Не 150 минут…

— Есть, конечно, но это тоже надо делать аккуратно. Не поднимать штанги, а бегать, ходить, плавать. И повторю, что 150 минут – это минимум.

— А можно ли заранее предотвратить повышение уровня холестерина при СД, снизить риск?

— Конечно, это те же самые методы: пойти к диетологу на консультацию и соблюдать диету, вести здоровый образ жизни, не курить. Я не говорю не употреблять алкоголь, потому что можно немного выпить в конце недели. Пить воду, чтобы водообмен был нормальным. Есть 3 раза маленькими порциями, сократить количество углеводов, сахара и соли в рационе и обогатить его микроэлементами: кальцием, магнием, цинком, который, как выяснилось, оказывает очень хорошее влияние на наши обменные процессы.

В журнале BMC Endocrine Disorders были опубликованы данные одного очень интересного исследования, которое провели в Эфиопии в 2017 году. В нем участвовало 214 пациентов с СД 2-го типа, исключая беременных и кормящих женщин. В результате исследователи пришли к заключению, что определенные важные микроэлементы могут влиять на СД. В частности, цинк, магний, хром, кальций, железо совместно с липидным профилем, в котором хороший холестерин был бы высоким, а «плохой» низким, могут улучшить прогнозы и течение сахарного диабета.

 

Беседовал Алексей С. Железнов

Бремя редкости

По оценкам Минздрава, от 567 до 756 тысяч израильтян страдает редкими заболеваниями. Ежегодно в стране рождается около 50 тысяч детей с редкими диагнозами. А по данным Европейской организации по изучению редких болезней (EURORDIS), во всем мире от редких заболеваний страдает более 300 млн человек.

Много это или мало, и какова ситуация с редкими заболеваниями в Израиле? Об этом мы поговорили с доктором Олегом Пиковским, гематологом, директором института переливания крови в медицинском центре «Сорока».

— Скажите, доктор, какие заболевания считаются редкими?

— По определению Евросоюза, редкими считаются заболевания, которые встречаются не чаще 1 раза на 2 тысячи населения. Но всеобщего определения нет.

— А почему существуют различные подходы к определению редких болезней в разных странах?

— По моему мнению, это расхождение вызвано тем, что в разных группах населения могут быть редкими разные болезни. Кроме того, это связано с возможностями диагностики и лечения заболеваний в разных странах.

— Почему появилась необходимость учредить особый день, посвященный редким заболеваниям?

— Редкие болезни – очень большая проблема всемирного здравоохранения. Дело в том, что каждое из этих заболеваний встречается нечасто, но в совокупности они не так уж редки. В США около 30 миллионов человек, то есть, примерно 10% населения, страдают редкими заболеваниями. Примерно те же цифры в Европе. Этих болезней очень много – от 6 до 8 тысяч. И они составляют значительное финансовое бремя для общества.

По данным статьи, которая была опубликована в 2019 году, общая сумма затрат на лечение пациентов с редкими заболеваниями в США составляет примерно триллион долларов. В эту сумму входит стоимость не только лекарств, но и анализов, ухода за больными, социальных услуг, которые им предоставляются, поддерживающая терапия, порции крови, которые нужно им переливать, и т. д.

То есть, с одной стороны, у нас есть огромная масса людей, которые страдают тяжёлыми болезнями, и это огромное бремя для экономики и самих этих людей, а с другой – у нас довольно мало средств на то, чтобы их лечить, поскольку все они не объединены под одной крышей.

— В чем состоит проблема диагностики и лечения редких заболеваний?

— Проблема в том, что если какие-то заболевания встречаются довольно редко, врачи не всегда могут их вовремя распознать и часто диагноз задерживается. Не хватает осведомленности. Наличие очень многих редких заболеваний легко проверить, если их заподозрить. Самое главное – заподозрить.

А разработка лекарств от редких болезней обходится очень дорого и зачастую невыгодна индустрии. Поэтому, чтобы найти лекарства от этих заболеваний, обычно необходима поддержка государственных структур.

— Но все-таки лекарства от редких заболеваний разрабатываются и существуют?

— Конечно. Их разрабатывают при поддержке различных фондов и государств, например в США есть целая специальная структура. Правда, такие лекарства потом очень дорого стоят, из чего вытекает еще одна проблема – необходимы медицинские страховки, которые будут покрывать лечение ими.

— Как редкие заболевания связаны с генетическим и географическим фактором?

— Большинство так называемых редких заболеваний – генетические, хотя не всегда. Они могут быть и аутоиммунными. И разумеется, в разных этнических группах, в разных странах частота мутаций этих генетических заболеваний может очень сильно отличаться. В частности, болезнь Гоше у нас встречается гораздо чаще, чем вообще в мире. А, например, серповидно-клеточной анемии, которая распространена в США, в Израиле практически нет, считанные случаи.

— И какие редкие заболевания чаще всего встречаются в Израиле?

— В основном это, конечно, генетические болезни, которые характерны именно для еврейской части населения, а также редкие заболевания, характерные для других этнических групп.

Как я уже сказал, одно из редких заболеваний, которое достаточно распространено в Израиле, это болезнь Гоше – врожденный метаболический дефект, связанный с тем, что в организме отсутствует или плохо работает ген энзима, который должен разрушать молекулы вещества из группы сфингомиелинов. А накопление этого вещества в организме приводит к серьезным последствиям в селезенке, печени и костях.

Важно сказать, что если в мире эта мутация встречается примерно в соотношении 1:2500, то в Израиле число её носителей среди евреев ашкеназского происхождения составляет 1:17. И если в мире больной ребенок рождается примерно один раз на 40 000–85 000 родов, то в Израиле больные дети рождаются с частотой 1:850. Когда один из родителей является носителем «неисправного» гена, а второй здоров, то их детям эта болезнь не грозит, но когда мутация гена есть у обоих родителей, то шанс ребенка заболеть составляет 25%.

То есть, у нас это не такая уж редкая болезнь. И очень важно, что от нее есть лечение.

— Её можно вылечить? Или просто поддерживающая терапия?

— Вылечить нельзя. Но в большинстве случаев при той форме болезни, которая чаще встречается в нашей стране, терапия очень сильно улучшает течение заболевания, снимает мучительные симптомы. Терапия включает заменитель недостающего энзима или лекарство, которое просто блокирует накопление патологического вещества. Эти пероральные и внутривенные препараты входят в «корзину лекарств».

При этом важно отметить, что очень часто эта болезнь начинает проявляться только в зрелом возрасте.

— Какие еще редкие заболевания, кроме Гоше, характерны для евреев?

— Это болезни Тея – Сакса, Ниманна – Пика, определенные виды мышечной дистрофии.

— А случались ли какие-то прорывы в сфере лечения редких заболеваний в последнее время?

— Успехи есть все время, но я бы не называл их прорывами. Это процесс, который идет много лет, очень сложные и длительные исследования, которые через какое-то время начинают приносить плоды. Постоянно появляется что-то новое.

Например, пероральная терапия при той же болезни Гоше, которая появилась в последние 10 лет. Или другое редкое заболевание, которое называется ТТП – тромботическая тромбоцитопеническая пурпура, оно не генетическое, а аутоиммунное. ТТП отличается непредсказуемым течением и высокой летальностью (до 90%), если не начать его лечить как можно раньше. При нем антитела атакуют определенный энзим, который противодействует свертыванию крови, и начинается процесс неконтролируемого свертывания крови в капиллярах жизненно важных органов. В лечении этого заболевания в последнее время тоже есть серьезные достижения. И так с любыми редкими болезнями – появляются новые лекарства, новые виды лечения, заместительная терапия. Плюс разрабатываются различные виды генетических векторов, то есть мы буквально говорим о генной терапии.

— Можно изменить генотип взрослого человека?

— Нет, мы не говорим об изменении генотипа, а только о вживлении ДНК или РНК вместо неправильно работающих или недостающих генов у тех клеток, которые в нормальных условиях отвечают за работу этих генов. Eсть нанороботы, которые могут вставить недостающий ген и заставить его работать. Они не меняют генотип, но в случаях, когда, допустим, не хватает какого-то энзима или белка, важного для организма – как при болезни Гоше – мы можем при помощи определенного вектора вставить недостающий ген в ДНК клеток печени, где обычно синтезируется этот энзим. Гены не исправляются полностью, человек передаст эту болезнь свои потомкам, но сам он будет здоровым. Такие эксперименты проводятся и многие из них уже на клинической стадии. То есть, возможно, что через 3–4 года (точнее трудно сказать), мы будем фактически редактировать ДНК взрослого человека. Это уже не научная фантастика.

— Генная терапия уже используется в лечении каких-то болезней?

— Это пока не работает широко, потому что есть определенные проблемы, но, например, такие исследования были проведены для лечения гемофилии. Эксперименты активно ведутся в области болезни Гоше и других заболеваний, связанных с накоплением продуктов распада, и возможно через несколько лет мы станем свидетелями появления лечения, которое радикально изменит медицину.

— Какими конкретно заболеваниями занимаетесь вы?

— Я гематолог и занимаюсь широким спектром гематологических заболеваний – онкогематологическими, нарушениями свертываемости крови. А из редких – болезнью Гоше, мы её диагностируем, стараемся проверить больных, в отношении которых есть такие подозрения. Основными симптомами являются увеличение печени, селезенки, которые приводят к вздутию живота; задержка роста у детей; поражение костей, вызывающее их ослабление и боли, дефицит эритроцитов и низкий уровень тромбоцитов, проявляющийся в кровоизлияниях. В случае подозрения важно обратиться к лечащему врачу для диагностики или исключения болезни Гоше, это очень легко выясняется простым анализом крови.

Тромботическую тромбоцитопеническую пурпуру (ТТП) тоже лечат в нашем отделении. Больные ТТП часто жалуются на такие симптомы, как сильная слабость, появление кровоизлияний в различных частях тела, беспричинное повышение температуры, спутанность сознания, иногда обмороки или боли в груди. Время диагностики ТТП имеет решающее значение для спасения пациента.

— Вы сказали, что болезнью Гоше страдает в среднем 1 из каждых 850 евреев-ашкеназов в Израиле, а сколько больных ТТП?

— Распространенность ТТП – примерно 3 случая на миллион. Это достаточно редкая болезнь. Но если взять тот район Израиля, где я работаю, с населением около полутора миллионов человек, то у нас в год бывает 5–6 таких случаев, что немало.

— И обе эти болезни мы уже умеем лечить, как вы говорили?

— Да, и довольно успешно. Примерно в 90% случаев больные ТТП практически выздоравливают.

— Полностью или должны все время принимать лекарства?

— Полностью выздоравливают. Но должны быть под наблюдением, потому что болезнь может вернуться, поскольку она аутоиммунная.

— А что происходит с теми больными, на которых не действует лечение?

— Раньше действительно были люди, на которых терапия не действовала, немного, примерно 10–15%. Тогда им приходилось постоянно делать процедуру, которая называется плазмaфeрез, или люди просто не выживали. А сейчас, благодаря новым лекарствам можно сказать, что при вовремя поставленном диагнозе мы не ожидаем летального исхода.

Процесс лечения ТТР длительный, и в первой фазе мы обычно назначаем лечение, которое позволяет заместить недостающий энзим и блокировать цепочку событий, приводящую к тому, что процесс свертывания крови выходит из-под контроля. Мы даем инновационный препарат, моноклональное антитело, который блокирует неконтролируемый процесс свертывания. А потом мы назначаем лечение, которое подавляет выработку антител

— А насколько эффективно лечение болезни Гоше?

— Лечение первого типа болезни Гоше, который чаще всего встречается в Израиле, тоже очень эффективно. В 90% случаев, особенно если начать терапию рано, до того как появятся необратимые изменения в организме, она приводит к очень большому положительному эффекту.

— Вы сказали, что это заболевание часто развивается уже в зрелом возрасте?

— У болезни Гоше есть несколько форм. При первом типе заболевание часто начинает развиваться в 25–30 лет, потому что какое-то остаточное действие энзима сохраняется, и продукты распада накапливаются постепенно. Но есть и вторая форма, нейронопатическая, очень тяжелая, при которой первые симптомы обнаруживаются в полгода, и дети не доживают до 3 лет. Эту форму мы пока лечить не можем. И генная терапия для нее шанс.

Беседовал Алексей С. Железнов

Главный убийца израильтян

4 февраля отмечается Международный день борьбы с раком

Согласно данным Министерства здравоохранения Израиля, с конца 90-х годов прошлого века главной причиной смертности в нашей стране являются онкологические заболевания. На них приходится около четверти всех смертей среди женщин и мужчин. В 2017–2019 годах от различных видов рака скончалось 34 439 израильтян, в то время как от сердечно-сосудистых заболеваний – 20 802, почти в полтора раза меньше!

Каждый год 4 февраля в мире отмечается Международный день борьбы с раком, цель которого – повышение осведомленности об одном из самых страшных заболеваний современности, распространение знаний о выявлении, лечении и предотвращении онкологических болезней.

В преддверии Международного дня борьбы с раком 2023 предлагаем вашему вниманию 10 фактов, которые заставят задуматься, а может быть, и спасут кому-то жизнь.

► Рак – это общее название большой группы (более 100 различных видов) заболеваний, для которых характерно быстрое и неконтролируемое образование аномальных клеток, способных распространяться за пределы своих обычных границ, проникать в соседние части тела и другие органы. Эти заболевания называют также злокачественными опухолями или новообразованиями.

► Рак очень опасен и плохо поддается лечению, но многие его виды можно предупредить и обнаружить на ранних стадиях, что значительно повышает шансы на излечение.

► По данным Израильской ассоциации по борьбе с раком, 27% случаев онкологических заболеваний вызываются курением и злоупотреблением алкоголем, около половины случаев рака можно предотвратить.

► Обнаружено, что 5–10% онкологических заболеваний имеют наследственный фактор. Это, в частности, рак груди, яичников, толстой кишки, предстательной железы, меланома и рак кожи. Люди, в семье которых были диагностированы эти заболевания, имеют более высокий риск, и им рекомендуется обратиться за генетической консультацией. Однако следует знать, что даже при обнаружении генетического фактора болезнь вовсе не обязательно разовьется! Наличие семейной истории увеличивает риск развития рака по сравнению с населением в целом, поэтому таким людям необходимо регулярно проходить обследования.

► Самые распространённые виды онкологических заболеваний в нашей стране: у женщин – рак груди, у мужчин – рак предстательной железы и легких.

► По словам доктора Алекса Якобсона, онколога, заведующего отделением дневного стационара онкоцентра в больнице «Сорока» в Беэр-Шеве, «Израиль входит в список 25 стран с самым высоким процентом заболеваемости раком кожи, но к счастью, эта тенденция снижается. Ещё несколько лет назад мы были на 5–6 месте в этом печальном рейтинге, а сейчас на 22. Частота смертности от рака кожи в Израиле – одна из самых низких в мире».

► В Израиле существуют национальные программы скрининга для обнаружения распространенных видов рака (молочной железы, толстой и прямой кишки) на ранней стадии. Возможно, поэтому уровень смертности от онкологических заболеваний у нас один из самых низких среди стран ОЭСР и вообще в мире.

► Уже три десятилетия в начале лета в Израиле проводится Неделя осведомленности о раке кожи, в течение которой можно пройти осмотр у дерматолога бесплатно и без записи.

► Доктор Эли Сапир, онколог, заведующий отделением радиотерапии больницы «Ассута» в Ашдоде и председатель Израильской ассоциации терапевтической радиологии (радиотерапии), говорит, что самому распространенному раку кожи – немеланомному — больше всего подвержены «люди, которые много работают на открытом воздухе – строители, фермеры и те, кто любит загорать. Проявляется это через много лет, в основном после 60–70, и чем старше человек, тем выше вероятность заболевания. К нам приходят и 80-, и 90-летние пациенты, самому пожилому было 102 года. Поэтому людям в этом возрасте необходимо регулярно проводить самостоятельные осмотры, можно с помощью членов семьи, и при любом подозрении сразу обращаться к врачу».

► Благодаря развитию науки и медицины в последние годы к традиционным методам лечения онкологических заболеваний – хирургическому, химиотерапии и лучевой терапии — добавились новые: биологические лекарства, действующие на ДНК опухоли, и препараты иммунотерапии, которые побуждают иммунную систему атаковать раковые клетки. Некоторые из этих лекарств входят в израильскую корзину медикаментов.

 

Иллюстрация: Freepik

Когда сладость не в радость

Ханука – праздник света. Праздник чуда. Праздник суфганиёт – ханукальных пончиков. Иными словами, праздник жира и сахара. Очень вкусных – с вареньем, сгущенкой, шоколадом, разными кремами в окружении воздушного дрожжевого теста, посыпанных сахарной пудрой и политых глазурью. Да и вообще, любой еврейский праздник – это о том, как нас хотели убить, не смогли, и в честь этого мы устраиваем пир на весь мир. Так, чтобы столы ломились от яств. Чтобы вкусно и сладко. Но, к сожалению, не всем сладость бывает в радость. Чума 20 века, а теперь уже и 21-го – сахарный диабет, портит жизнь миллионам людей во всем мире, и наша страна не стала исключением. Как вести себя людям, страдающим от этого заболевания, во время предстоящих праздников, что можно есть и сколько? Об этом нам расскажет доктор Даниэль Цалихин, специалист по семейной медицине, главный диабетолог Южного округа больничной кассы «Клалит».

— Скоро Ханука. На наших столах будут всевозможные виды суфганиет и других сладостей, но получать от них удовольствие будут, к сожалению, далеко не все. Есть люди, которым сладкое категорически нельзя, – это больные сахарным диабетом. Какие рекомендации вы можете им дать перед праздником?

— На самом деле тут все просто: больным сахарным диабетом ни в коем случае, категорически нельзя есть суфганиет. Только в одном пончике больше 1 000 калорий, а количество сахара – 5–6 столовых ложек. Так что, как видите, они никак не подходят для больных сахарным диабетом. Если уж очень хочется, то можно съесть одну самую маленькую суфганию без варенья или других сладких наполнителей.

— А что тогда им можно есть, пока все вокруг поглощают вкусные и сладкие ханукальные пончики, латкес?

— У каждого пациента с диабетом есть собственная индивидуальная программа питания, свой подход. Для того, чтобы ее составить, существует врач-диетолог. Нельзя сказать, что всем людям мы рекомендуем одно и тоже. Однако все сладкие и калорийные ханукальные лакомства, мягко говоря, не лучшая диета для больного диабетом.

— Сколько сейчас в Израиле таких больных?

— Очень много. Число страдающих сахарным диабетом в стране превышает 650 тыс. человек.

— Моя бабушка тоже болела сахарным диабетом и утверждала, что он возникает от стрессов и переживаний. Так ли это? Что по этому поводу говорит современная наука?

— Есть разные причины. В ряде случаев возникновение диабета можно объяснить, в числе прочего, и тяжелым стрессом. Это бывает. Основные факторы, которые влияют на развитие диабета второго типа – это генетика и нарушение здорового образа жизни, т.е. неправильное питание, ожирение, высокий уровень холестерина и отсутствие физических нагрузок.

— А может ли диабет возникнуть от того, что человек ест много сладкого?

— Если поджелудочная железа функционирует нормально, организм может справиться с достаточно большим количеством сахара, потребляемого с пищей. Но если работа железы уже нарушена, в частности из-за стрессов или общего неправильного образа жизни и нездорового питания, или у человека есть генетическая предрасположенность, если нарушено всасывание инсулина из-за развившейся резистентности к нему, это может привести к развитию сахарного диабета второго типа.

— Как человек может заподозрить у себя диабет и проверить, так ли это?

— Простой анализ крови с проверкой уровня сахара мы рекомендуем делать каждому, даже молодым людям с 20 лет. Его стоит регулярно сдавать всем, даже без всяких признаков или подозрений. Потому что классические симптомы диабета, такие как повышенное выделение мочи, постоянная жажда, непрерывное желание есть наряду с похудением, встречаются достаточно редко и говорят, что у человека уже наступил инсулиновый голод. Количество инсулина в его крови резко снизилось и не поспевает за потребностями организма для утилизации сахара, который человек получает с пищей. До того момента он может ничего не чувствовать, поэтому диабет второго типа чаще всего находят на рутинных проверках.

— Какие методы лечения диабета существуют сегодня? Есть мнение, что если человеку назначили уколы инсулина, то его дело плохо, болезнь уже в очень тяжелой форме, и развязка недалека. Трагическая развязка. Так ли это?

— Это не так.  Иногда инсулин могут назначить на ранней стадии, когда у человека резко упал уровень инсулина – от стресса, инфекции, другой болезни. Его выписывают на короткий срок – 3 месяца, чтобы снова «завести» нашу «фабрику инсулина» в организме, подобно тому как мы заводим двигатель машины с севшим аккумулятором с помощью внешнего источника. И дальше двигатель работает нормально. Так же и наша поджелудочная железа. В принципе, лечение инсулином используется на разных стадиях заболевания. Все это совершенно индивидуально и требует грамотного подхода врача. Правильное назначение инсулина – это своего рода искусство.

Стоит, также сказать, что и сам инсулин никак не вредит организму, ибо современные препараты, сделанные методом генной инженерии, предельно схожи с нашим естественным инсулином. Они действуют на организм и воспринимаются им так же, как инсулин, который вырабатывает наша поджелудочная железа. Они вызывают меньшее повышение веса и меньшую гипогликемию, чем инсулины предыдущих поколений.

— Я опять расскажу о своей бабушке: сколько я себя помню, она каждый день делала себе уколы инсулина в живот. А когда я вырос, то стал делать ей уколы в плечо. А потом, когда в СССР пропал инсулин пролонгированного действия, инъекции приходилось делать дважды в день. А как часто надо колоть инсулин сейчас?

— Большинство препаратов, используемых сегодня, действуют от 18 до 24 часов. Иногда дольше. Но в принципе базальные инсулины, как правило, рассчитаны на то, чтобы одного укола хватало на сутки. И мы стараемся по возможности не назначать инъекции инсулина чаще одного раза в день.

— А что будет, если диабет не лечить? Какие осложнения грозят больному?

— В таком случае осложнения могут быть фатальными. У пациента может развиться инфаркт, инсульт, заболевания сосудов ног, вплоть до диабетической гангрены. Человек может лишиться ноги. Могут наступить поражения глаз вплоть до полной слепоты. Страдают также и почки, вплоть до полного отказа и назначения диализа.

— И как быстро могут возникнуть осложнения?

— Без лечения первые осложнения могут развиться уже через 5 лет. Но как правило, через 10 лет после начала заболевания мы уже обследуем больного на наличие у него осложнений на глаза и почки.

— Я знаю, что сегодня больные уже сами могут делать себе проверки уровня сахара, без необходимости сдавать анализы в лаборатории. А какие именно проверки делают себе больные, как часто и что делать с результатами?

— Одна из основ современного лечения диабета – это мониторинг уровня сахара в крови самим пациентом. С помощью простых глюкометров человек сам легко замеряет уровень сахара в крови – по утрам или через 2 часа после еды, или вечером. Есть глюкометры, которые делают замеры без необходимости прокалывать кожу – их наклеивают на плечо и считывают показание с помощью специального прибора или даже смартфона. Есть даже такие приборы, которые имплантируются больному для постоянного мониторинга. Они посылают сигналы на специальную инсулиновую помпу, которая при необходимости немедленно вводит в кровь человека инсулин.

— И в конце давайте еще раз напомним читателям о профилактике сахарного диабета.

— Есть методы профилактики, эффективность которых доказана многочисленными исследованиями. Самое главное в них – изменение стиля жизни: бросить курить, следить за артериальным давлением, за весом, как можно меньше употреблять углеводы и жирную пищу, меньше есть сладости и пить сладкие напитки, включая соки. Стараться заниматься спортом хотя бы 30 минут в день. И конечно, необходимо регулярно сдавать анализы на уровень сахара в крови.

 

Беседовал Алексей С. Железнов