Женщин в политике меньше, чем мужчин. Так исторически сложилось. Но уж если женщина идет в политику, то она, как правило, добивается того, что не под силу мужчинам, двигаясь как ледокол во льдах, устраняя все препятствия на пути и достигая успеха. Именно с такой «железной леди» из Ганей-Авива, первой русскоязычной и вообще первой женщиной на посту заместителя мэра Лода – Эльвирой Колихман мы сегодня поговорим.
Как она попала в политику? Чем занимается? Какие новшества ждут русскоязычную общину Лода? Каково быть женщиной в политике и есть ли в это сфере «стеклянный потолок»? Об этом и многом другом — наша беседа.
— Эльвира, расскажите для начала о себе.
— Я репатриировалась в Израиль в 1994 г. из украинского города Днепр. У меня трое детей. Старший скоро призывается в морфлот ЦАХАЛа, средний служит в десанте, а у младшей дочки через месяц будет бат-мицва. С 1996 года мы живем в Ганей-Авиве. Тут живут и две мои сестры, другие родственники – мои и мужа – наверное человек 70, не меньше.
— Почему вы решили заняться политикой?
— Поначалу я и не думала о политике. Я всегда любила помогать людям. Сначала просто помогала своим соседям в Ганей-Авиве: одним – перевести письмо или обращение, другим – сходить в министерство или ведомство. Помочь разобраться, добиться чего-то. Я всегда работала с людьми, мне нравилось помогать, и у меня, как говорят, это хорошо получалось. Меня заметили местные политики и пригласили работать на выборах. Я трудилась в нескольких избирательных штабах на муниципальном и всеизраильском уровне, пока в конце концов люди мне не сказали: «Эльвира, хватит продвигать других! Иди сама и представляй нас. Добивайся того, что нужно для нашей общины, района, города». И в 2013 г. я впервые выдвинула свою кандидатуру в городской совет Лода. А сейчас идет моя вторая каденция, и я впервые в истории города – и как женщина, и как репатриантка из бывшего СССР -занимаю должность заместителя мэра.
— Что именно входит в сферу вашей деятельности?
— Я отвечаю за интеграцию новых репатриантов, за район Ганей-Авив, занимаюсь пережившими Холокост. Депутат от моего списка отвечает также за спорт, регистрацию и ведение бизнесов в городе.
— В чем заключается работа муниципалитета с русскоязычными репатриантами, как вновь прибывшими, так и живущими тут уже давно?
— Раньше у нас была координатор по работе с репатриантами, потом она ушла на пенсию, и должность сократили. Когда я пришла в горсовет, то сразу поставила вопрос, что в городе, где живут десятки тысяч репатриантов, такое категорически неприемлемо. И сегодня у нас работают два координатора – Аня и Оксана. Каждый новый репатриант в Лоде получает от них личное сопровождение. Если нужно — с ними ходят во все учреждения, помогают открыть счет в банке, записать детей в школу, садик, сопровожадют в МВД и т.д. А всего у нас в отделе абсорбции трудится 8 человек. Кроме того, у нас есть клубы для пенсионеров и молодежи, проводятся концерты, лекции, поездки, праздники. Традиционно отмечается Новый год: мы ставим елку в клубе в Ганей-Авиве, причем и ивритоязычные жители города с удовольствием присоединяются к нашему празднику, чему мы только рады. Отмечаем 8 марта и День алии. Празднуем День Победы. В этом году при поддержке муниципалитета в Ганей-Авиве прошел торжественный парад с израильскими флагами, музыкой, после которого состоялись выставка фотографий и концерт с песнями военных лет. Потом мы организовали праздничный обед для ветеранов в ресторане с символическим личным участием с их стороны. На обеде было 300-350 человек.
— Вы – репатриантка, живущая в Лоде с момента своего приезда. Почему вы считаете, что «олим» стоит приезжать именно в Лод? Чем он лучше других городов?
— К сожалению, пресса создает Лоду неблагоприятный имидж, очень любят «желтые» заголовки. Конечно, преступность, увы, есть и у нас, но вопреки стереотипам – ничуть не больше, чем в большинстве других городов Израиля. Зато нигде нет такой теплоты в отношениях между людьми, какую чувствуем мы, жители Лода. Часто те, кто уехал в другие города, потом звонят и рассказывают, как им не хватает семейной атмосферы, которая была у них тут, в Лоде.
Стоит сказать, что у нас в городе замечательное образование — садики, школы. Наш научный «тихон» (старшие классы) – один из лучших в стране. Второй год подряд мы получаем приз от министерства образования за уровень обучения в начальных классах. Ее говоря уж о ценах, каких нет больше нигде. За детский садик до 16 часов («цаарон») родители платят всего 100-150 шек. Наши летние лагеря («кайтанот») до 16:00 стоят 700-800 шек., а до 13.00 – всего 300. Таких цен в стране просто нет. А у нас для жителей города есть.
Мы стараемся решить проблемы родителей на два летних месяца – это была моя программа, начатая еще в прошлую каденцию. Лод предлагал решения только на июль, и тогда я обратилась к мэру с резонным вопросом: как же быть с августом? Людям не по карману дорогие варианты, предлагаемые на частном рынке. Нам надо что-то придумать и для августа. И мэр одобрил финансирование. Вот уже шестой год у нас проводятся курсы фигурного катания, детей каждый день возят на каток в Холоне. Неделя профессионального курса стоит всего 250-300 шек. Набирается группа в 100-150 детей, и никто не получает отказа. Сколько детей запишется, для стольких мы организуем и подвозку, и занятия. В этом году будет две недели фигурного катания и неделя верховой езды.
— Каковы ваши планы на новую каденцию, помимо того, что уже сделано и продолжает делаться?
— В этот раз, я думаю, мы осуществим то, что начали планировать еще в прошлой каденции: построим два бассейна, один из которых — в Ганей-Авиве, где в основном живут наши репатрианты, а другой — в арабском районе. Чтобы нашим русскоязычным репатриантам не приходилось долго добираться в центр, где находится единственный на сегодняшний день городской бассейн, а арабским жителям не было нужды ездить в Ганей-Авив, когда у них появится свой собственный новый бассейн. Еще при планировании Ганей-Авива 23 года назад был запланирован кантри-клаб, а воз и ныне там. Пришла пора сдвинуть его с мертвой точки, и я это сделаю.
Заканчивается строительство скейтпарка – еще один проект, который я продвигала. Кроме того, мы построим здание для молодежного клуба, который сегодня находится в одном помещении с клубом пенсионеров, что не очень удобно как молодежи, так и пожилым людям.
Есть также хоть и не радостные, но необходимые дела, которые надо решать. Ни для кого не секрет, что проблема гражданских кладбищ остро стоит во всей стране. Сегодня жители Лода-неевреи по Галахе могут быть бесплатно похоронены только в Беэр-Шеве. Или в других местах, но за деньги – порой большие. В рамках развития Лода запланировано расширение городского кладбища, которое уже переполнено, и мэр поддержал мою инициативу впервые выделить на нем участок для захоронения репатриантов, не являющихся галахическими евреями. Без всяких заборов и стен между ним и остальной частью.
— А кроме вопроса с кладбищем, помогает ли мэр в продвижении тем, важных для русскоязычной общины?
— Конечно, и очень активно. Например, полгода назад, когда Софа Ландвер ушла с поста министра алии и интеграции, бюджеты министерства, выделяемые на программы для новых репатриантов в муниципалитетах, сократили на 40%! Почти вдвое. И что нам было делать? Останавливать многолетние проекты и сворачивать программы? И тогда я пошла к нашему мэру, адвокату Яиру Ревиво и сказала: «У тебя нет другого выхода – в городе 30% репатриантов, надо открыть муниципальную казну и компенсировать все потери. И мэр ответил полным согласием, на 100% компенсировав все потери, так что программы не остановились. Он всегда говорит: «Эльвира не беспокоит меня по пустякам, сама справляется со всем, но если уж она ко мне приходит, я понимаю, что должен помочь. И помогаю». Все 6 лет наше сотрудничество идет очень плодотворно!
— Эльвира, а каково это – быть женщиной в политике?
— Конечно, нелегко. Приходится совмещать семью и работу, на которую я прихожу в 8 утра, а уйти могу и в 11 вечера. Рабочий день у нас не нормированный. Сейчас дети стали старше, и мне полегче, а раньше меня выручала поддержка мужа и родителей, помогавших с детьми.
Но в том, что касается работы, я никогда не сталкивалась с каким-то отрицательной отношением ко мне, как к женщине. У нас даже намеков на такое нет. Все делают свою работу и уважают труд других. У нас в горсовете три женщины, и мы все со всеми на равных. Мне даже в голову не приходили такие вопросы.
— Это замечательно. А не замечаете ли вы, как репатриантка, «стеклянный потолок». Все мы слышали такие жалобы от наших дважды соотечественников.
— Да, нет такого. Когда мы приехали в 94-м году, было трудно, мы должны были делать все лучше всех, чтобы зарекомендовать себя. Но можно ли назвать это «стеклянным потолком»? Вряд ли. Обычные проблемы нового гражданина в новой стране.
Я считаю, что все зависит от человека, от его настойчивости и целеустремленности. Ищешь ли ты причины, почему не можешь, поводы себя жалеть и жаловаться на других, или находишь способ добиться поставленной цели. Я верю, что если у тебя есть цель, если ты знаешь правду, то бороться за нее надо до конца. И детей своих учу этому. Меня можно назвать нонконформистом. Если я уверена, что так надо – я буду всеми путями стараться воплотить это в жизнь. Не всем это нравится, появляются недоброжелатели. Но я все равно делаю все, чтобы добиться правды и отстоять интересы своих избирателей. До конца. Не идя на компромиссы с совестью.
Конечно, я всегда готова выслушать мнения, советы, если ошибусь – ошибку признаю. Но с пути, который считаю верным, не сверну и пойду до конца. Принцип «не будь правым, а будь умным» — не для меня. Не для того меня выбирали жители города, чтобы я боялась кого-то обидеть, отстаивая их интересы. Я не пытаюсь быть хорошей для всех. Недовольные будут всегда.
Беседовал Алексей С. Железнов-Авни
